что мы любим

Вчера сын мне читал рассказы Драгунского «Что я люблю», «…и не люблю», «Что любит Мишка». Было так забавно, как он произносил фамилию Шопена — ШОпен (на первый слог) .

Драгунский — был одним из любимых писателей моей сестры, в число моих любимцев он не входил почему-то… Но вчера меня просто пронзили эти три рассказа, особенно последний «Что любит Мишка». Рассказ небольшой, как раз такой, чтобы владеть вниманием 7—9 летних ребят.

Дениска и Мишка случайно заходят в класс пения, где учитель музыки играет на рояле, завороженные ребята сидят как два воробышка на подоконнике. А когда учитель Сергей Борисович перестает играть, у них завязывается любопытная беседа.


«Он серьезно и ясно ответил:
— Му-зы-ка. Шопен — великий композитор. Он сочинил чудесную музыку. А я люблю музыку больше всего на свете.
Тут он посмотрел на меня внимательно и сказал:
— Ну, а ты что любишь? Больше всего на свете?
Я ответил:
— Я много чего люблю.
И я рассказал ему, что я люблю. И про собаку, и про строганье, и про слоненка, и про красных кавалеристов, и про маленькую лань на розовых копытцах, и про древних воинов, и про прохладные звезды, и про лошадиные лица, все, все…
Он выслушал меня внимательно, у него было задумчивое лицо, когда он слушал, а потом он сказал:
— Ишь! А я и не знал. Честно говоря, ты ведь еще маленький, ты не обижайся, а смотри-ка — любишь как много! Целый мир».

Друг Мишка, сначала не участвовавший в беседе, тоже спешит показать учителю и Дениске, что он то любит не меньше, а может, и больше — и начинает долгое перечисление разных видов еды, что он любит. Затем: «Мишка выдохся и замолчал. По его глазам было видно, что он ждет, когда Борис Сергеевич его похвалит. Но тот смотрел на Мишку немного недовольно и даже как будто строго. Он тоже словно ждал чего-то от Мишки: что, мол, Мишка еще скажет. Но Мишка молчал. У них получилось, что они оба друг от друга чего-то ждали и молчали.
Первый не выдержал Борис Сергеевич.
— Что ж, Миша, — сказал он, — ты многое любишь, спору нет, но все, что ты любишь, оно какое-то одинаковое, чересчур съедобное, что ли. Получается, что ты любишь целый продуктовый магазин. И только… А люди? Кого ты любишь? Или из животных?
Тут Мишка весь встрепенулся и покраснел.
— Ой, — сказал он смущенно, — чуть не забыл! Еще — котят! И бабушку!»

Вы знаете, в этих рассказах меня очень тронуло то, как точно автор показал наши поиски себя в этом мире, как рождаются наши цели, ценности. Ребенок, так открыт, распахнут навстречу миру, он замечает то, что, мы взрослые уже не видим (слишком очерствели или притупились наши органы чувств…) Способность ребенка любить и радоваться мелочам удивляет. Для них нет рамок, поэтому они так хорошо воспринимают новое, этот мир для них такой же юный и прекрасный, как они сами…

Когда человек становится старше, его фокус становится более четким, он уже кое-что попробовал и может понять, что из этого прекрасного многообразия его по-настоящему влечет, что для него ценно, в чем и через что он обретает самого себя и весь мир..

Но случается… когда мы обманываемся, теряем ориентиры, и наши ценности, жизненные приоритеты незаметно для нас самих превращаются из зерен в плевелы. Когда мы становимся заскорузлыми, жесткими прагматиками и то, что мы любим тесно связано со словами «успех» и «самодостаточность». И лишь иногда, в ночи, когда никто не видит шепчем смущенно, как Мишка: “— Ой, чуть не забыл! Еще — котят и бабушку…»

Рубрика: читаю (проза). Метки: . Добавьте ссылку в закладки.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Это не спам.
сделано dimoning.ru

Optionally add an image (JPEG only)