Парень из преисподней. Братья Стругацкие

парень из преисподней

А чужой – всегда чужой, сколько его ни корми, сколько за ним ни ходи. Чужой…

Чингиз Айтматов, “Белый пароход”

Место действия: планета Гиганда, планета Земля (вилла «Лагерь Яна» в десятке километров к северу от Антонова, в приволжской степи).

Время действия: 22 век от Рождества Христова

Действующие лица: курсант Гаг (Бойцовый Кот), место жительства: планета Гиганда, прогрессор Корней Яшмаа (один из тринадцати “подкидышей”), место жительства: планета Земля, вилла “Лагерь Яна”

Мне нравится в произведениях братьев Стругацких, что созданный ими Мир Полудня – абсолютно реальный мир. В каждой из повестей цикла мы находим то тут, то там уже знакомых персонажей. Они появляются вне хронологии написания повестей, а просто живут своей жизнью – работают, любят, страдают, решают “неразрешимые этические вопросы”. Когда ты встречаешь их на страницах очередной повести и лихорадочно начинаешь соображать, кто это – больно уж лицо знакомо, он на минутку поднимает голову от своих бумаг: “А, привет! Как поживаешь?” – и невозмутимо возвращается к своим делам. А ты десяток-другой страниц мучаешься: “Ну где же я видел его?” Все как в жизни.

Человек на низком уровне развития цивилизации

Одна из центральных идей повести “Парень из преисподней”, братьев Стругацких, прозвучавшая и в “Попытке к бегству”, и в “Обитаемом острове” – человек на более низком уровне развития не склонен размышлять, свободная воля (с возложенной на человека ответственностью самому решать что правильно, а что нет и сталкиваться с неизбежными последствиями этих решений) им не нужна и даже напрягает, ситуация абсолютного комфорта – когда тебе говорят “что хорошо, а что плохо; кто друг, а кто враг; что ты должен делать, а чего делать не должен”, а все остальное – от лукавого. А те, кто все-таки, паче чаяния, думает, задается вопросами совсем не о хлебе насущном, кто может поставить под сомнение общие для всех правила – считаются придурковатыми, недобитыми интеллигентами и неизбежно становятся изгоями.

Ценность человеческой жизни в этом обществе нивелирована, здесь считают: “лес рубят, щепки летят”. Кроме того, сам человек на более низком уровне развития не склонен сопротивляться унижениям, глупости и маразматичности существующего порядка вещей, его могут вести на убой, и он пойдет, не сопротивляясь. В нем нет жалости к “врагам” , а к слабейшим и изгоям он испытывает лишь чувство омерзения и недоумения, доброта, бескорыстие, искренность – понятия для него далекие и умозрительные, почти сказочные. Вам это случайно ничего не напоминает?

И вот такой человек по имени Гаг из слаборазвитой Гиганды попадает в свободное и развитое общество планеты Земля, в Мир полудня. Кто-то подумает: “Счастливчик! Попасть из преисподней, с планеты, раздираемой войной, в самый настоящий рай – о чем еще можно мечтать? Сделать сразу гигантский скачок снизу вверх, вот это удача!” Но все не так-то просто…

Должна признаться, мне очень понравился образ солдата, выбранный авторами для изображения представителя целой планеты. Более консервативной, статичной и жесткой системы, чем военная, просто не существует. В жесткой иерархии прописана вся жизнь на многие века вперед – есть приказ – выполняй (не надо думать, задавать вопросы, сомневаться). Солдату думать вредно и опасно. Дело солдата простое:

Шаг вправо, шаг влево – попытка к бегству, прыжок на месте – провокация. Расстрел на месте!

Мои впечатления

Мне трудно читать произведения с такой атмосферой, она меня угнетает. Я не ищу слащавого: “все будет хорошо”, но черная правда жизни вгоняет в депрессию. Да, я узнала в преисподней Гиганде даже не “советский застойный период” или любой другой авторитарный строй, а наше родное человечество в мельчайших деталях и подробностях. Совпадение просто потрясающее.

Вообще, за все время существования человечества, по большому счету, ничего не изменилось. Человек, как жил в аду, так в нем и остается – меняются декорации, уровень комфорта, но и все. Природа человеческая удивительно стойко не поддается коррекции. Безусловно, во все времена находятся безумцы (иначе не назовешь) по какой-то непонятной причине думающие, считающие, что “человечность – это серьезно”, но их жгут на кострах, гноят в тюрьмах и дурдомах или же, что самое страшное – просто не обращают на них внимания, считая блаженными, не от мира сего (в фантастическом обрамлении “Парня из преисподней” эта фраза заиграла по-другому).

И вот еще о чем я подумала. Курт Воннегут считал, что писатели – это особые чувствительные клетки в человеческом обществе, он сравнивал их с канарейками в шахте, которых в старину шахтеры брали в забой. Чуткие к опасному газу канарейки, почувствовав концентрацию метана, начинали громко петь, спасая, тем самым, жизни шахтерам. Очень красивое сравнение и очень точное, но… канарейки все время сидели в клетках.

P.S. В цикле “Мир полудня” осталась непрочитанной только одна повесть “Трудно быть богом”. Немного страшновато за нее браться… потому что там та же самая атмосфера и проблематика.

Рубрика: читаю (проза). Метки: . Добавьте ссылку в закладки.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Это не спам.
сделано dimoning.ru

Optionally add an image (JPEG only)